Луч света в темном царстве :)
АФОРИЗМЫ
Напиши письмо администратору
Современные авторы
     
  Вы искали: Джордано Бруно
Много? Попробуйте поиск всех слов

Найденны авторы:
Леонардо Бруни (1374 - 1444) - гуманист, канцлер Флоренции   <афоризмы>
Джордано Бруно (1548 - 1600) - итальянский философ и поэт   <афоризмы>
Дэвид Стар Джордан (1851 - 1931) - американский педагог    <афоризмы>
Джефф Джордан - данных не обнаружено   <афоризмы>
Майкл Джордан - данных не обнаружено   <афоризмы>
Р. Джордан - данных не обнаружено   <афоризмы>
Бруно Бауэр - данных не обнаружено   <афоризмы>

Найденные фразы:
Если это и неправда, то хорошо придумано
Найдено афоризмов: 55 <сортировать по алфавиту>

Страх смерти хуже, чем сама смерть. Джордано Бруно

Тело - в душе. Джордано Бруно

Нет такого тяжёлого труда, который любовь не делала бы не только лёгким, но даже приятным. Джордано Бруно

Ревность потрясает и отравляет все то, что есть красивого и хорошего в любви. Джордано Бруно

Сперва приведи в порядок свою комнату, а уж потом принимайся за остальной мир. Джефф Джордан

Стремление к истине - единственное занятие, достойное героя. Джордано Бруно

Наука есть наилучший путь для того, чтобы сделать человеческий дух героическим. Джордано Бруно

Капля долбит камень не силою, а часто падая. Джордано Бруно

Талант выигрывает игры, а командная работа - чемпионаты. Майкл Джордан

Искусство восполняет недостатки природы. Джордано Бруно

Обыкновенно те, у кого не хватает понимания, думают, что знают больше, а те, которые вовсе лишены ума, думают, что знают все. Джордано Бруно

В войнах ... одни глупцы убивают других глупцов по самому глупому поводу. Р. Джордан

Коль не берете вы добра, что с вами рядом, то как же взять вам то, что видно вдалеке? Джордано Бруно

Человек есть то, чем он может быть, но он не все то, чем он может быть. Джордано Бруно

Все, кто ни старался насладиться на земле небесной жизнью, говорят единодушно: «мы бежали от нее и избрали одиночество». Джордано Бруно

Мне говорят, что я своими утверждениями хочу перевернуть мир вверх дном. Но разве было бы плохо перевернуть перевернутый мир? Джордано Бруно

Ревность иной раз есть не только смерть и разрушение любящего, но часто убивает самую любовь, - в особенности, когда порождает негодование: ведь ревность настолько раздувается этим своим детищем, что отталкивает любовь и начинает пренебрегать объектом, и даже вовсе перестает считать ее своим объектом. Джордано Бруно

Подобно тому, как любовь не имеет более близкой подруги, чем ревность, так она не имеет и большего врага: совершенно так же ничто не является более враждебным железу, чем ржавчина, которая рождается из него самого. Джордано Бруно

Мудрость состоит в том, чтобы знать, как поступать в следующий момент, добродетель состоит в самом поступке.  Дэвид Стар Джордан

Сжечь - не значит опровергнуть! (предсмертные слова) Джордано Бруно

Ни одна вещь не является всем тем, чем может быть.  Джордано Бруно

Завершенность жизни, и краткой, и долгой, определяется только целью, ради которой она прожита.  Дэвид Стар Джордан

Подумать только! На огне, который Прометей украл у богов, был сожжён Джордано Бруно. Станислав Ежи Лец

Особенностью живого ума является то, что ему нужно лишь немного увидеть и услышать, чтобы он мог потом долго размышлять и многое понять. Джордано Бруно

Все равно, как отвечать на вопрос, единственно важный, если мы хотим узнать, как возникла евангельская история и ее изображение в Евангелиях, записана ли данная история по вдохновению Святого Духа, или же евангельская история сложилась в традиции. То и другое тождественно в принципе, одинаково трансцендентно, то и другое одинаково нарушает свободу и бесконечность самосознания. [...] Главными силами религий древности была природа, были дух семьи и дух народа. Всемирное господство Рима и философия — это были движения всеобщей силы, которая стремилась подняться над рамками прежней природной и народной жизни и одержать верх над ними — над человечеством и самосознанием. Для всеобщего сознания это торжество свободы и человечности, не говоря о том, что внешнее мировое господство Рима не могло произвести его на свет, не могло еще быть достигнуто в форме чистого самосознания и чистой теории, поскольку религия оставалась всеобщей силой и внутри ее должна была совершиться сначала всеобщая революция. [...] В религиях древности существенные интересы скрывают и застилают глубину и ужас отчуждения; созерцание природы очаровывает, семейные узы — сладостны и прелестны, народный интерес придает религиозному духу пламенную преданность тем силам, которые он почитает: цепи, которые нес человеческий дух на службе этих религий, были увиты цветами, велико лепно, торжественно украшенный, как жертвенное животное, человек приносил себя в жертву своим религиозным силам, сами цепи не давали ему заметить всю жестокость его служения. Когда цветы завяли со временем, цепи были разрушены силой Рима, тогда вампир духовной абстракции завершил весь труд. Вплоть до последней капли крови этот вампир высосал человечество, его соки и силы, кровь и жизнь: природу и искусство, семью, народ и государство — все впитал он в себя, и на обломках погибшего мира осталось только изможденное «Я», но для себя самого единственная сила. Однако после безмерных потерь «Я» не могло сразу же воссоз дать из своих глубин природу и искусство, народ и государство. То великое и безмерное, что теперь происходило, единственное деяние, занимавшее его, состояло в том, что вобрало в себя все, что жило в старом мире. «Я» было теперь Всем и, однако, было пустым; «Я» стало всеобщей силой, но на обломках мира оно не могло не устрашиться самого же себя и не отчаяться при виде таких потерь; пустому, всепожирающему «Я» становилось страшно при виде самого себя, оно не осмеливалось постигнуть себя как Все и как всеобщую силу, т.е. оно оставалось еще религиозным духом и завершало свое отчуждение, противопоставив самому себе свою всеобщую силу как силу чужую, в неимоверном страхе трудясь — перед лицом этой силы — ради своего сохранения и блаженства. Гарантию своего сохранения оно видело в мессии, который для него представлял лишь все то, чем было оно само в основе своей, а именно его самого как всеобщую силу, но только такую, какой было оно само, именно как силу, в которой испытали свою гибель и всякое созерцание природы, и все нравственные определения духа семьи и народа и государственной жизни, равно как художественное созерцание. Исторический исходный момент такой революции был дан в жизни иудейского народа, поскольку в его религиозном сознании не только были уже задушены природа и искусство, а тем самым борьба с религией природы и искусства, как таковая, была уже позади, но и народный дух в самых разнообразных формах уже должен был вступить в диалектические отношения с идеей более высокой всеобщности [...]. Недостатком этой диалектики было то, что в конце народный дух вновь становился средоточием всего универсума: христианство устранило этот недостаток, сделав всеобщим чистое «Я». Евангелия провели такое преобразование своим способом именно способом исторического изображения: ПОВСЮДУ будучи зависимы от Ветхого завета, будучи почти его копией, они все же дали осуществиться тому, чтобы сила народного духа была поглощена всесилием простого, чистого, но отчужденного от действительного человечества «Я». Если мы станем рассматривать Евангелия так, что отвлечемся от их взаимных противоречий, как простая незамысловатая вера абстрагирует целостный образ из их смутного содержания, нас не сможет не удивить то, что они занимали человечество в течение 18 веков, и притом так, что тайна их не была открыта. Ибо нет Евангелия, нет самого незначительного его фрагмента, где бы не было к достатка в воззрениях, оскорбляющих, ранящих и возмущающих человеческие чувства. Но наше удивление еще более возрастет, когда мы заметим, что Евангелия со своими данными и предпосылками находятся в противоречии со всем тем, что мы знаем о времени, когда будто бы существовал их предмет; но удивление достигнет величайшей степени, когда мы обратим внимание на чудовищные противоречия, в которых запутываются они со своими утверждениями, когда мы обратим внимание на такое изображение истории, как у Матфея, и на такое представление всего, как в четвертом Евангелии. И такими вещами должно было мучить себя человечество на протяжении полутора тысячелетий? Да, такими, ибо великий, безмерный шаг мог быть сделан лишь после подобных мук и усилий, чтобы не быть напрасным и быть оцененным во всем подлинном своем значении и величии. Бруно Бауэр

 
     

1

2

3

Copyright (C) 2002 - 2020 http://letter.com.ua/. All Rights Reserved.
Использование материалов с этого сайта только с разрешения